ВИКТОР КАЗАЧКОВ: СИЛОВЫЕ МЕТОДЫ ДАВЛЕНИЯ СМЕНИЛИСЬ ЭКОНОМИЧЕСКИМИ

24 августа 2007

Источник:
Вольный город (Тольятти)

Как уже сообщалось, после недавней проверки «Тольяттиазоту» предъявлены налоговые претензии за 2004 год в разме­ре, превышающем 2,5 миллиарда рублей. О ситуации, сложившейся вокруг предпри­ятия, мы попросили рассказать первого за­местителя управляющего «Тольяттиазотом» Виктора Казачкова.

— Виктор Александрович, ка­кие ответные шаги в связи с действиями налоговиков намерено предпринять руководство пред­приятия?

— Сейчас мы готовим протокол разногласий. Необходимо аргумен­тированно снять те суммы, которые нам предъявили к оплате. С 6-го ав­густа, то есть, с момента получения акта, в этом направлении работают многие службы предприятия — производственный отдел, финансо­во-экономическая служба, плано­вики, юристы, отдел главного меха­ника. Как ни странно, в акт налого­вой проверки попали такие сферы деятельности предприятия, кото­рые никогда раньше не вызывали ни у кого сомнения. У налоговой на сей раз возникли сомнения в пра­вильности расходования средств на капитальный и текущий остановоч­ные ремонты, которые проводятся абсолютно на всех предприятиях химической отрасли. Ежегодно планы капитальных ремонтов зара­нее согласовываются с Ростехнадзором. Те затраты, которые были от­несены в 2004 году на проведение капитальных и текущих ремонтов, вдруг отнесли к нецелевым затра­там и предложили нам доплатить дополнительную сумму. Причем финансировать это из прибыли предприятия, а не отнести, как и по­ложено, на себестоимость. Такого еще не было никогда.

Что такое капитальные и теку­щие ремонты? Это безопасность предприятия, безопасность рабо­ты оборудования в течение теку­щего периода. В советское время, например, дополнительно выде­лялось финансирование на прове­дение ремонтов и с предприятия спрашивалось очень строго, если средства не расходовались в пол­ном объеме. А сейчас нам предла­гают фактически эти работы свер­нуть. И финансировать их из при­были, что является непосильным бременем для предприятия. Мы имеем 12 крупнотоннажных агрегатов, которые необходимо еже­годно ремонтировать и нести на это большие финансовые затраты, которые по итогам года складыва­ются в несколько сотен миллио­нов рублей. Это один из аспектов акта, который у меня как у техни­ческого руководителя вызывает невыразимые эмоции. Человек, не связанный с химическим про­изводством, этого просто не пони­мает. Как финансировать такие виды затрат, не относя их на се­бестоимость продукции?

Но ведь в данном случае ре­гулярный ремонт — гарантия безо­пасности целого города?

— Об этом и речь. Мы, напри­мер, выпускаем аммиак в больших объемах, у нас два хранилища в 60 тысяч тонн находятся на площадке. И, безусловно, все находящиеся у нас агрегаты — аммиака, метанола, карбамида — должны иметь нор­мальное техническое состояние. Это внимательно отслеживается органами Ростехнадзора, который проверяет выполнение графиков всех видов ремонтов. Большинство предприятий бывшего Союза были построены более 25 лет назад. Даже нашему сравнительно молодому предприятию уже 30 лет. Поэтому все динамическое оборудование, трубопроводы, аппараты, которые работают под давлением, при высо­ких температурах, требуют прове­дения диагностики, промышлен­ной экспертизы, чтобы продлить срок эксплуатации. А это — допол­нительные финансовые затраты. У нас есть согласованные графики ремонтов, мы эту работу выполня­ем. Безусловно, отдельно выделяем эти статьи затрат. Естественно, мы должны все это вносить в себестои­мость продукции. Это нормально, и это входит в требования того же налогового законодательства.

Почему-то инспекторы, прово­дившие проверку, не согласились и выделили это отдельной суммой, которую мы должны дополнитель­но внести в бюджет.

Следующий момент, вызываю­щий наше несогласие, — как нало­говая инспекция подошла к расхо­дованию основного вида сырья для ТоАЗа — природного газа. Он явля­ется исходным сырьем для произ­водства аммиака, метанола и занимает более 70 процентов себестоимости. Налого­вая инспекция не учла в своих подсчетах расхо­дования газа ни техни­ческое состояние обору­дования, ни то, что от­дельные агрегаты рабо­тают уже почти 30 лет. То есть оборудование не может работать на тео­ретических расходных коэффициентах, кото­рые были рассчитаны в советский период инс­титутом азотной про­мышленности. Не учли и погодные условия. Сейчас, например, стол­бик термометра поднимается намного выше тридцати градусов, и аномально жаркий пе­риод длится уже больше месяца. А наше оборудование даже теорети­чески не рассчитано работать в та­ких экстремальных условиях. Для того чтобы оно работало, требуют­ся дополнительные затраты энер­гии. Того же природного газа тра­тится больше, чем заложено в про­ектных нормах. Все это не было уч­тено при проведении налоговой проверки и выставлено нам в до­полнительные затраты на нецеле­вое использование природного га­за. Хотя на предприятии нет ника­ких газовых хранилищ, емкостей, которые могли бы накапливать природный газ. Природный газ поступает с сетей Газпрома по тру­бопроводу и немедленно расходу­ется на агрегатах производства. В соответствии с требованиями нало­говой инспекции мы еще раз подго­товим дополнительные расчеты, где вновь обоснуем все затраты.

Расчеты нами сделаны, все по­несенные предприятием затраты на производство аммиака, в том числе на ремонты, сегодня нами подготовлены, предъявлены в акте разногласий налоговой проверки.

Хотелось бы подчеркнуть, что в течение двух лет налоговые про­верки на «Тольяттиазоте» ведутся непрерывно. Работают две бригады налоговых инспекторов, проверяю­щие различные периоды деятельности предприятия. В течение все­го этого периода многие службы предприятия занимаются не толь­ко своими прямыми функциями, связанными с производством, но и постоянно готовят какие-то доку­менты, делают копии, обоснования. В течение двух лет предприятие выбито из нормального, ритмично­го русла. А наше предприятие яв­ляется особо важным, химически опасным объектом, находящимся практически в черте города. Все отвлечения специалистов на не­свойственные им непрофильные задачи вредят предприятию.

Мы уже проходили проверку за 2004 год, заплатили налог, и ника­ких актов о нарушении предъявле­но не было. И вдруг после повторной проверки возникла колоссаль­ная сумма — 2 миллиарда 582 мил­лиона рублей. Мнение специалис­тов — инженеров, технологов — практически не учитывается. Те документы, которые мы предъяв­ляем, либо игнорируются, либо ис­пользуются не в полной мере.

— Это как-то инспекторы мо­тивируют?

— Никак. Несмотря на пред­ставляемые нами документы и обоснования.

— А независимых инспекто­ров, консультантов налоговики привлекают?

— Нет. Получается, что люди, не обладающие ни опытом работы на химическом предприятии, ни соответствующим образованием, выносят решения, являющиеся обязательными к исполнению.

— Если все это налоговиками не будет учтено, последует ли су­дебное разбирательство?

— Если наши документы не бу­дут приняты, у нас один выход — обращение в суд, чтобы в законном порядке решить вопрос. Что, ко­нечно, нежелательно, так как это и дополнительные затраты, и опять же отвлечение всех специалистов.

Если в сентябре 2005 года мы испытали силовое давление, то сей­час тактика изменилась — исполь­зуются методы экономического давления на предприятие.

— Как скажется на работе предприятия повышение цен на природный газ?

— Да, цены повышены очень серьезно, Согласно постановлению правительства от 28 мая нынешне­го года, промышленные предприя­тия весь так называемый сверхли­митный газ должны приобретать с коэффициентом 1,6 к регулируе­мой фэковской цене, определенной Федеральной энергетической ко­миссией (ФЭК). А с учетом того, что на сегодня газ, который постав­ляется нам по регулируемым це­нам, составляет 50 процентов от не­обходимого объема, остальной газ мы вынуждены приобретать с ко­эффициентом 1,6 при стопроцент­ной предоплате. Сейчас приобрета­емый нами газ стоит 100 долларов за 1000 кубических метров. Это до­полнительные затраты, которые мы вынуждены нести.

— Никаких льгот как ведуще­му химическому предприятию нет?

— Абсолютно никаких. Обес­печиваемся газом на общих осно­ваниях. В случае какого-то крат­ковременного перебора немедлен­но получаем телефонограмму с Трансгаза. Лимит газа определя­ется суточным объемом потребле­ния. В случае его потребления сверх лимита нас тут же начинают ограничивать. Так что с одной сто­роны — серьезные затраты на фи­нансирование основного сырья, с другой — акт проверки, который нам на сегодня предъявлен... Это серьезные финансовые испыта­ния для предприятия.

— Есть ли при этом поводы для оптимизма?

— Безусловно. Предприятие ритмично работает, несмотря на то серьезное давление, которое мы испытываем в течение двух лет со всех сторон. В частности, со сто­роны газообеспечивающих пред­приятий. В 2007 году с нами не был заключен договор на постав­ку дополнительных объемов газа. Необходимый дополнительный объем мы должны были в течение текущего года приобретать на бирже по коммерческой цене с ко­эффициентом 1,5. А это 50 процентов необходимого для потреб­ления объема. Плюс налоговые проверки, различные суды, давле­ние малоизвестных коммерческих структур. Тем не менее предприя­тие в течение двух лет выполня­ет все свои контрактные обяза­тельства на внешнем и внутрен­нем рынках. Мы увеличили объем производства в 2005 и в 2006 го­дах. На сегодня можем выпускать более миллиона тонн метанола в год. Увеличили производство карбамидо-формальдегидных смол. У нас много планов по увеличе­нию объемов производства и внедрению новых видов продук­ции. Никакого пессимизма ни у меня, ни у работников предприя­тия нет. Мы полны решимости отстаивать предприятие на любых уровнях.

Думаю, судьба «Тольяттиазота» небезразлична не только ра­ботникам предприятия, но и жи­телям города в целом. Не без гор­дости могу сказать, что на ТоАЗе самая высокая зарплата среди промышленных предприятий. Очень серьезно занимаемся соци­альной сферой. Огромное внима­ние уделяется безопасности тру­да, здоровью заводчан. Как бы ни было тяжело, будут выделяться дополнительные средства на со­циальную сферу, жилье, турпу­тевки, оздоровление. Эта сфера деятельности под постоянным контролем. Президент корпора­ции Владимир Махлай все время акцентирует на этом внимание.

Колоссальная сумма, выстав­ленная проверкой, рассчитана, очевидно, на то, чтобы экономи­чески подорвать предприятие. Бу­дем действовать юридическими способами, при необходимости через суд. Коллектив настроен нормально, наши специалисты имеют колоссальный опыт. У нас работают целые династии. Не только дети, но и внуки заводчан. Они болеют за ТоАЗ. К тому же есть масса примеров, когда смена собственника приводила процве­тающие предприятия в упадок.

01 12 2015 ЛАБОРАТОРИЯ «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» РАСШИРЯЕТ ЭКОЛОГИЧЕСКУЮ ЭКСПЕРТИЗУ

ТоАЗ успешно завершил комплексную проверку Федеральной службой по аккредитации «Росаккредитация» лаборатории предприятия по контролю качества сточных вод.

30 11 2015 «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» ПОДЕЛИЛСЯ ЭКСПЕРТИЗОЙ В РАМКАХ МЕЖДУНАРОДНОГО КОНГРЕССА «ЭКОТЕКВОЛГА 2015»

ТоАЗ выступил партнером 2-ого Международного Конгресса «ЭкоТекВолга 2015» по актуальным вопросам решения экологических проблем Поволжья.

27 11 2015 СДЕЛКА ПО ПРОДАЖЕ МАЖОРИТАРНОГО ПАКЕТА АКЦИЙ ОАО «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» НЕ СОСТОЯЛАСЬ

ЗАО Корпорация «Тольяттиазот», выполняющая функции единоличного исполнительного органа ОАО «Тольяттиазот», сообщает о расторжении сделки с фондом Credit Mediterranee SA о продаже мажоритарного пакета акций ОАО «Тольяттиазот».